Мы продолжаем писать о людях, которые делают ТВ в столице. О навыках психолога, общении с грызунами и вере в высшие силы побеседовали с начальником аварийной службы, “Айболитом” столичных телевизоров, Иваном Можейкевичем.
- Вы трудитесь в компании МТИС с самых ее истоков. Расскажите немного о выборе своей профессии. Или, может быть, она выбрала вас?
Радиоэлектроникой я начал увлекаться еще в детстве. Наверное, потому, что отец был электриком. В армию (тогда еще Советскую) попал, не доучившись, но и там был связан с радиоэлектроникой. Когда получил образование и устроился на работу в МТИС (в то время - радиотелевизионное ателье №5), техническая сторона работы понравилась еще больше. Начал с отдела, который занимался антеннами. Мы их устанавливали, чинили, вводили новые каналы. Директор компании, Василевский Юрий Альфонсович, доверял мне самую ответственную работу. Можно сказать, что он дал мне путевку в жизнь.
- Как вы стали начальником аварийной службы?
На предприятии постоянно проводилось обучение, и так, постепенно, от радиомонтера я подрос до мастера участка №1, затем до начальника участка. Участок - это подразделение, которое обслуживает определенную часть города: проводит профилактику, следит за оборудованием. После смены руководства на предприятии вернулся в радиомонтеры на свой участок.
Когда появилась отдельная аварийная служба, мне предложили стать начальником. Я согласился. Сейчас отдел насчитывает 13 человек вместе со мной. Специалисты подобрались очень хорошие. Ведь тот, кто с работой не справляется, надолго у нас не задерживается. На участках ребятам приходится сталкиваться в основном со «своим» оборудованием. Они сами проверяют его и сами чинят. Специалисты нашего же отдела могут работать с оборудованием для кабельного ТВ любой сложности: от антенн до оптических линий связи.
- Вас называют “доктор Айболит”, за умение починить все. Это правда?
Честно говоря, да! Не я один, конечно, в нашем подразделении все такие. Но ответственность в большей мере лежит на мне. Организовать процесс, отправить нужного человека, который быстро устранит проблему. Часто сам выезжаю на вызовы. Особенно если ЧП происходит ночью или на нашу головную станцию поступает сообщение об аварии на самых важных узлах, которые могут затронуть полгорода.
- Какой вопрос чаще всего заставляет абонентов обращаться к вам за помощью?
Чаще всего это отсутствие сигнала. Но ситуации бывают разные. Главное правило для нас: клиент всегда прав! Поэтому, приезжая на вызов к абоненту, мы стараемся как можно быстрее устранить проблему, если можем. Или спокойно объясняем, кто поможет. Порой приезжаешь, а человек уже настроен негативно. Он может не пустить в нужные помещения, не посодействовать в каких-то вопросах. А если к человеку приедешь, все объяснишь, даже посмеешься вместе с ним, сгладишь ситуацию, то он и отведет на место, и найдет ключи от щитка или подвала. Люди идут навстречу, особенно, когда видят результат. Например, мы починили сигнал, а заодно свет в тамбуре или в квартире появился.
Наша форма схожа с формой лифтеров, сантехников и, бывает, нам жалуются: лифт не работает, трубы протекают. Приходится объяснять, кто мы и зачем приехали (смеется). Иногда людей пугает на машине надпись «аварийная служба». Женщина однажды чуть не выпала из окна пятого этажа. Увидела нашу машину и пыталась узнать, что случилось. Но мы ей все объяснили. Работа с клиентом обязывает быть еще и психологом.
В основном наши абоненты вежливые. Они чувствуют, что их не бросили, что приехали помочь и скоро все будет работать. Особенно пенсионеры: всегда двери откроют, поговорят, покажут где что, проконтролируют, чтобы не намусорили. С молодежью немного сложнее. Иногда приходится обзвонить все квартиры, чтобы просто открыли дверь в подъезде. Люди разные.
- Представьте ситуацию, в которой у вас есть безграничные ресурсы. Что бы вы улучшили в своей сфере?
В мире существуют технологии мониторинга сетей. Они позволяют «закольцевать» весь город. Это значит, что если аварийная ситуация случается на одной базовой станции, то ТВ-сигнал поступает в дома с соседней, и фактического отключения не происходит. Более того, на одном компьютере можно наблюдать за всей сетью. Это позволяет сократить количество сотрудников до нескольких человек. Мы же информацию получаем по обращениям абонентов. Что-то сломалось, человек позвонил - выезжаем.
Только пару лет назад МТИС подключил основные узлы к системе оповещения. При отключении основного источника питания к нам в студию приходит сигнал. В тот же момент включается «бесперебойник». Мы берем свои генераторы и выезжаем на место аварии. Если не будет пробок, и мы успеем добраться до того, как он разрядится, то абоненты даже не заметят, что были какие-то проблемы.
- На работе вам часто приходится быть психологом. А как в отношениях с близкими людьми?
Я сам по себе человек спокойный. Не люблю конфликтные ситуации создавать. Вообще, в семье у нас заведено: тон голоса не повышать. Даже собака не гавкает. Дома должно быть благополучие и тишина. Мы общаемся спокойно, в шутливой форме. Ведь человек должен уметь улыбаться в любой ситуации. На работе мы тоже общаемся по-простому. Конечно, когда доходит до ответственных моментов, приходится разграничивать: начальник-подчиненный.
Руководитель должен быть уверен в своей работе. Если подчиненные увидят, что ты в каких-то вопросах «плаваешь» - уважения не будет. Я же могу заменить любого радиомонтера. А некоторые специалисты могут подстраховать и меня. Главная наша задача - чтобы работа не останавливалась.
- Видно, что сплоченность коллектива для вас очень важна. Что вы больше всего цените в своих подчиненных, да и в людях вообще?
Самое ценное в людях для меня это честность. От обмана всегда на душе остается осадок. А потом хорошее отношение восстановить очень сложно. Еще не признаю лень - проблему века. У нас это быстро пресекается. Коллектив подобран открытый, честный, с любой работой справится. Побурчат, но дело сделают.
- Если не секрет, кем вы мечтали стать, когда вырастите?
В детстве меня тянуло к экстриму. В детском саду увидел, как падает в лес военный самолет. Захотелось стать летчиком и трюки в небе делать. Когда я пришел на предприятие, мне сразу понравилось. Ведь нам приходилось по крышам лазить – высота, романтика. Особенно, когда забираешься на самую высокую точку и перед тобой весь город. Это очень впечатляет.
Сейчас я понимаю, что риск должен быть оправданным. Работа стала не такой экстремальной. Большинство оборудования переместили в подвалы. А там уже свои риски – вода, крысы, ток. С крысами, кстати, приходится сталкиваться каждый день. Эти животные очень любят съедать изоляцию кабелей. Порой канализационную трубу прорвет. Так что условия работы не всегда приятные. Хорошо, когда трудимся на свежем воздухе, но теперь все чаще спускаемся на дно. Приятно приходить в те дома, которые люди содержат в чистоте. Видно, когда ответственно относятся к своему жилью.
- Что вы не успели сделать для себя, но обязательно хотели бы? Куда-то съездить, что-то посмотреть?
Сейчас мне больше хочется спокойствия. Я по натуре патриот, чужие страны особо не прельщают. Белорусская природа нравится гораздо больше. Родная земля греет! Я ездил раньше за границу, но больше уставал, чем отдыхал. Мне в нашей «Дубраве» дышится совсем по-другому, и душа отдыхает. Да и чище у нас как-то.
У меня есть друг верующий. Ездили с ним в один храм к настоятелю. Такой груз на душе был от насущных проблем. А поговорил с батюшкой и словно «сбросил всё»! Ведь люди из храма тоже особо никуда не выезжают. Отдыхать душой в своей вере - вот истинная ценность.
Или с машиной, например… Люди привыкли менять ее каждые два года. А моя лучше выглядит, чем новые джипы, хотя ей уже 20 лет.
Вообще, все гениальное должно быть просто!